Туман оседает на поле мандалы —
ни сеятеля, ни семени.
Холмы склоняются друг к другу —
ни начала, ни конца.
Фудзи‑сан парит над облаками —
ни близко, ни далеко.
Скрытое колесо в долине вращается —
ни центра, ни обода.
Mist settles in the mandala field,
no sower, no seed.
Hills lean into one another,
no first, no last.
Fuji-san floats above the clouds,
no near, no far.
The hidden wheel in the valley turns,
no center, no rim.
Травма как фоновый разрыв Травматическое состояние редко приходит как одна большая катастрофа. Чаще оно просачивается, как перебитый ток в стенах: снаружи всё работает, но где‑то в глубине что‑то постоянно щёлкает и гудит. Оно не объявляет: «я здесь», — оно делает так, что любое «всё в порядке» звучит как попытка
Русский / Russian Бодхисаттва Тысяча глаз на ладонях. Не видит. Шов — не линия. Поверхность без сторон. Между. Здесь исчезает узел шва. Свет не входит в тьму. Тьма — свет, не видевший шва. Ладонь, где шов распался, уже забыла свет. Где Он? Пустая ладонь. English / English Bodhisattva A thousand eyes in the palms.
Свет как первый шаг Абсолюта Об онтологическом статусе света в гностицизме, буддизме, даосизме, физике и традиции световых носителей Введение: вопрос до космологии Прежде чем спрашивать, как устроен мир, нужно ответить на более ранний вопрос: что вообще делает устроенность возможной? Что делает различие мыслимым? Что предоставляет саму сцену, на которой позднее
Ещё одна манифестация Дао Введение Мы живём в момент, когда старые карты мира уже не держат, а новые ещё не обрели силу. Наука раскрыла структуру Большого взрыва и тончайшие механизмы эволюции, технологии связали человечество в единую нервную сеть, а древние традиции продолжают говорить с нами языком, который мы едва понимаем.
