В долине, где горы пьют небо, камень шепчет звезде: «Кто отражает кого?» Скажешь быстро — вопрос ускользнёт. Не скажешь совсем — он всё равно ждёт. Пройди там раз, никуда не ходя. In the valley where mountains drink the sky, a stone whispers to a star, “Who reflects whom?” Answer too quickly, and
Нет долины прежде, нет долины потом — лишь эта впадина, где замирает звук. Не поднимается гора, не опускается рука, но вода сгибается в очертания пальцев. Белый гул льётся, не покидая утёса; тихий омут дышит, не удаляясь от падения. Ты называешь это «каскадом», ты называешь это «я» — каждое имя — камень, падающий сквозь
Monk: “The water sings. The rocks are silent. Who recites the sutra?” Master: “Close your ears. Then look: is the stone shouting, or is the river still?” Монах: «Вода поёт. Камни молчат. Кто читает сутру?» Мастер: «Закрой уши. Потом смотри: кричит ли камень или река — тиха?»
Монах: «Сутры поднимаются с крыш и полей. Где истинное учение?» Мастер указывает на реку: «Когда вода забудет воду, рис узнает, кто поёт». Monk: “Sutras rise from roofs and fields. Where is the true teaching?” Master points to the river: “When water forgets water, the rice will know who chants.”
Монах: «В этой долине река светится, как нефрит, небо пылает, будто сутра. Где истинная пагода?» Мастер: «Поднимешься по ступеням — промахнёшься. Останешься в деревне — промахнёшься. Покажи мне место, где упасть невозможно». Monk: “In this valley the river shines like jade, the sky burns like a sutra. Where is the true pagoda?
Монах: «Учитель, эта долина слишком прекрасна. Она уводит меня от себя». Мастер: «Прежде чем появилась долина, где был ты?» Монах поклонился и сказал: «Меня не было». Мастер ответил: «Тогда кто видит её сейчас?» Monk: “Master, this valley is too beautiful. It pulls me out of myself.” Master: “Before the valley
Монах: «Нас двое дышат в этом одном теле. Кто из них — я?» Мастер: «Назовёшь его — потеряешь. Погонишься за ним — он станет твоим преследователем. Встреть его однажды не говоря “я” и не говоря “не я”, и увидишь, чья тень — чья». Monk: “Two of us breathe through this one body. Which one
Когда речная нимфа искала просветления, она пришла к старому мудрецу у моря. — Учитель, — спросила она, — моя душа — это пена, что исчезает, или нечто, что остаётся? Мудрец начертил круг на песке. — Вот твоя душа. Волна накатила и стёрла его. Нимфа поклонилась. — Тогда куда исчезла моя душа? Мудрец указал на шум прибоя.
Монах: «Учитель, водопады сливаются в долине. Что остаётся?» Мастер: «Если ты не можешь не назвать, откуда берётся вода?» Monk: “Master, the waterfalls merge in the valley. What remains?” Master: “If you must name it, where does the water come from?” 僧： 「谷で滝はひとつに溶け合います。 何が残るのでしょうか。」 師： 「名を付けねばならぬなら、水はどこから来るのか。」
Монах спросил Мастера: — Как может то, что создано изо льда, оставаться тёплым? Мастер указал на застывший каскад сераков, где Та, кто движется в леднике, шла меж неподвижных башен. — Посмотри туда, — сказал он. Монах спросил: — Она кого‑то ждёт? Мастер ударил посохом по льду. — Лёд — тот, кто приходит. Та, кто движется
Юный монах семь дней поднимался в высокие Гималаи, чтобы встретить мастера под пирамидальной вершиной. — Учитель, — сказал он, — эти горы огромны и пусты. Как может мой маленький ум пробудиться здесь? Мастер указал на ледники. — Когда снег решил стать горой? Монах молчал. Ночью пришла буря. Молнии рассекали небо, грохотали лавины, содрогалась вся
Ученик обошёл гору, исчерченную каменными жилами, и спросил: — Где та, кого называют Льдом Му? Из толщи утёса вышла женщина. Её мраморное одеяние текло, как вода, забывшая растаять. Он спросил: — Ты движешься или движется гора? Она ответила: — Когда встретишь того, кто застыл, спроси, кто высек этот лёд. Когда встретишь резчика, спроси,